Краткая биография кириллов

Кирилов иван кириллович

Образование и карьера

Иван Кириллович Кирилов родился в 1689 г. в семье священнослужителя. С 1702 г. обучался в навигацкой школе, находившейся тогда в ведении Оружейной палаты Москвы, которую окончил в 1707 г. (по другим данным – в 1708 г.).

В 1712 г. И.К. Кирилов работал подьячим в Ельце, осуществляя землемерную или топографическую деятельность, где его в 1712 г. нашел стольник И.Д. Хлопов, объезжавший губернии в поисках талантливых молодых людей, годных для службы в Москве. С 1712 г.

И.К. Кириллов начал трудиться подьячим в канцелярии Сената в Москве. Именно службе в Сенате он отдал больше двадцати лет. В 1721 г. И.К. Кирилов удостоился чина секретаря Сената, став потомственным дворянином, с 1728 г. – обер-секретарем Сената.

Топографическая работа Кирилова

Обратите внимание

Основная деятельность И.К. Кирилова с начала 1720-х гг. оказалась связанной с руководством работами по топографической съемке Российской империи.

Его перу принадлежат труды по топографо-картографическому описанию ряда территорий. В 1727 г. появляется первое статистико-географическое описание России под названием «Цветущее состояние Всероссийского государства». В 1734 г. И.К.

Кирилов подготовил первый русский «Атласа Всероссийской империи», в 1745 г. – «Атлас Российский». Эти творения стали знаковыми для картографической истории России, поскольку в XVIII в.

только Франция была обладателем атласа своей страны, подобного атласу И.К. Кирилова.

Иван Кириллович много сделал для организации 2-й Камчатской экспедиции, которой руководил В. Беринг. Принимал участие в подготовке академических экспедиций Г.Ф. Миллера, И.Г. Гмелина, С.П. Крашенинникова.

 Кирилов в Оренбургском крае

Особый период в жизни Кирилова связан с изучением южноуральских степей. В 1734 – 1737 гг., будучи статским советником и бригадиром, И.К. Кириллов встал во главе Оренбургской экспедиции.

Иван Кириллович подготовил проект-обоснование специальной экспедиции, получивший название «Изъяснение о киргиз-кайсацкой и каракалпакской ордах».

В проекте автор представил детальное описание казахских и каракалпакских земель, например, природные условия, полезные ископаемые, торговые пути. Автор обосновывал перспективы и выгоды установления торгово-экономических связей Российской империи с этими народами.

Важно

Вторая часть «Изъяснения» содержала обоснование  потребности совершения специальной экспедиции на Яик и ее задач. Центральный пункт проекта – идея основания в устье реки Орь нового города-крепости и цепи укреплений по реке Яику и другим рекам, составившим в будущем пограничную линию.

И.К. Кирилов аргументированно высказал пользу безотлагательной экспедиции на Южный Урал, говоря о ближних и дальних экономических выгодах по освоению края.

1 мая 1734 г. проект И.К. Кирилова был одобрен императрицей Анной Иоанновной, а 18 мая того же года его автор стал главой экспедиции, которая в целях секретности первоначально называлась «Известной», а затем стала именоваться «Оренбургской». Задача экспедиции – изучение обширного края и укрепление оборонительной линии по рекам Оби и Яику.

И.К. Кирилов получил право как административного управления, так и хозяйственного освоения края, поддержания политических и экономических отношений с кочевыми народами и с государствами Средней Азии.

За время своего руководства Оренбургской экспедицией на территории края были построены 20 крепостей и несколько десятков форпостов, которые положили начало строительству оборонительных линий вдоль берегов Самары и Яика; начались разработка минеральных богатств и строительство промышленных предприятий.

Летом 1736 г. И.К. Кирилов отправился в Самару в штаб-квартиру Оренбургской экспедиции. В Оренбург (территория современного Орска) он уже не вернулся. 14 апреля 1737 г.  он умер от чахотки в Самаре и там же был похоронен.

Литература

  • Зулькарнаев М.М. Образование и деятельность Оренбургской экспедиции при И.К. Кирилове (1734 – 1737 гг.). – Уфа, 2005; Орлов А.С., Георгиева Н.Г., Георгиев В.А. Исторический словарь. 2-е изд. М., 2012; Семенов В.Г., Семенова В.П. Губернаторы Оренбургского края. – Оренбург, 2014. – С. 20 – 27; Кирилов Иван Кириллович (1689 – 1737) / История Оренбуржья [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://kraeved.opck.org/lichnosti/osnovateli_orenburg_kraya/kirilov.php (дата обращения: 08.05.2018).

Источник: https://w.histrf.ru/articles/article/show/kirilov_ivan_kirillovich

Иван Кириллович Кирилов

Иван Кириллович Кирилов – не просто один из знаменитых людей, некогда посетивший Орск. Он его основатель и создатель. Именно благодаря усилиям Ивана Кирилловича на карте России середины XVIII века появилась военная крепость, позже ставшая индустриальным городом Орском с населением в четверть миллиона человек.

Иван Кирилов – выдающийся государственный деятель, ученый первой четверти XVIII века. Автор статистико-экономического и географического описания России. Руководитель этнографо-картографических работ, составитель Генеральной карты и атласа Российской империи.
Он родился и вырос в семье православного священника, окончил Московскую математико-навигационную школу.

Позже Иван Кирилов становится сенатским секретарем.

«Сенатскому регистратору Ивану Кирилову быть у его императорского величества дел в Сенате секретарем и привести его к присяге», – гласил Указ от 17 октября 1721 года.

А в 1728 году он уже обер-секретарь Сената. Выходец
из низших слоев общества, Кирилов необычайно быстрым продвижением по службе был обязан исключительно своим незаурядным способностям.

Совет

В 30-х годах XVIII века начался добровольный переход казахов (киргиз-кайсаков) в русское подданство. 18 октября 1731 года старшины Младшего Жуза во главе с Абулхаиром присягнули на подданство России.

Все эти события побудили Кирилова выступить с двумя проектами, поданными в Сенат в 1733 и 1734 годах. В них он предложил ряд конкретных мероприятий, закрепляющих казахов и каракалпаков в русском подданстве и обеспечивающих безопасность России, что позволяло установить торговые связи со странами Средней Азии и Индии.

Одним из наиболее действенных средств достижения этих целей Кирилов считал сооружение русской крепости в устье реки Орь. Он писал: «Но всего лучше, что…

желает Абулхаир Хан российскую крепость, близкую к его владению, построить, от которой себе защиты надеется».

Кроме того, в целях скорейшего заселения нового города Кирилов предлагал пожаловать ему широкие привилегии, в том числе разрешить всем русским, бухарским, ташкентским, индийским купцам свободно селиться там.

Для того, чтобы побудить народы селиться в новом городе, он советовал «поступать политически» – отвести каждому народу особые слободы, построенные в соответствии с их нравами и обычаями.
Большое место в проекте Кирилов отводил торговле.

Дорогу в Среднюю Азию и Индию от нового города предполагал начать «сухим путем и реками» до Аральского моря, а затем морем и рекой Амударья до Бухары и далее. Оба проекта были составлены с большим знанием дела и с учетом сложной внешнеполитической обстановки того времени.

Они получили одобрение, и Кирилову было поручено организовать экспедицию и отправиться во главе ее для осуществления намеченных планов.

Обратите внимание

Не теряя времени, он начал организацию «Известной», как она стала называться, экспедиции. В числе ее участников были офицеры армии и флота, военные инженеры, геодезисты, архитектор, математик-астроном, ботаник, священник, переводчик, солдаты, рабочие – всего около 100 человек.

Указом от 7 июня 1734 года новому городу, основателем которого и станет Кирилов, было присвоено имя «Оренбург».

В этот день императрица Анна Иоанновна вручила Кирилову документ – «Привилегию» (завернутый в парчу с золотыми кистями и шнурами, вложенный в серебряный вызолоченный ковчег).

6 августа 1735 года экспедиция прибыла в устье реки Орь, 15 августа была заложена крепость. На другой день Кирилов отправил императрице поздравление с приобретением Новой России. Он писал, что по своим природным богатствам она будет иметь не меньшее значение, нежели открытые европейскими державами новые, прославленные металлами и минералами земли.

30 августа в крепость ввели гарнизон и артиллерию, а уже на следующий день был заложен город Оренбург. 7 сентября Кирилов двинулся в обратный путь, имея при себе драгунские роты Вологодского полка, яицких (уральских), самарских, уфимских казаков. Обратный путь был сопряжен с большими трудностями и опасностями, но все же отряд благополучно вернулся в Уфу.

Три неполных года (1734-1737) руководил Кирилов делами экспедиции. За это время на огромной территории, присоединенной к России, было возведено около 20 крепостей, 7 форпостов и 16 укреплений. 30 июня 1736 года Кирилов отправился из Уфы в Петербург. По пути посетил Красноборскую крепость, Самару, Симбирск, Мензелинск и другие города.

Умер И.К. Кирилов в Самаре 14 апреля 1737 года от туберкулеза.

Источник: http://orskmuseum.ru/article/ivan-kirillovich-kirilov

Кириллов И.К. | Они открывали Землю!

(1689-1737)

Одним из крупнейших картографов, географов и статистиков-экономистов первой половины XVIII в. является Иван Кириллович Кирилов. Он родился в 1689 г.

в семье          подьячего и тринадцати лет был принят в школу «математических и навигацких, то есть мореходных хитростно искусств учения». В этой школе, основанной в Москве по указу Петра I в 1701 г.

, в числе других предметов изучались также геодезия и география.

С 1712 г. И. К. Кирилов служил в качестве подьячего в Сенате, который с 1713 г. находился в Москве. Какие должности он занимал там до 1716 г., точно не установлено. В 1716 г. Кирилов «причислен» к «надзирателю указов», т. е. генеральному ревизору Сената В. Зотову.

Важно

В феврале 1719 г. подьячий канцелярии Сената И. К. Кирилов назначается канцеляристом Приказного стола Сената. Указом 26 марта 1720 г.– регистратором, а в октябре 1720 г.

– секретарем Сената, на которого возлагается организация и руководство первыми государственными съемками России.

Так протекали первые годы служебной карьеры будущего секретаря Сената, пробившего себе дорогу исключительно благодаря своим блестящим способностям, выдающейся энергии, огромной работоспособности и преданности делу культурного и хозяйственного развития России.

С этих пор на протяжении многих лет И. К. Кирилов активно работал над картографическим и географическим изучением России. Результаты первых инструментально-геодезических съемок страны, начавшихся по указу Петра I в 1720 г., многочисленные ландкарты поступали из разных частей обширного государства в Сенат и попадали к И. К. Кирилову.

Он становится руководителем этих работ и приступает к составлению Генеральной карты России и Атласа Российской империи, а также к статистико-экономическому и географическому описанию России.

Обладая недюжинными организаторскими способностями и ясным представлением о значении для страны дальневосточных владений, прилегающих к водам Северного Ледовитого и Тихого океанов, И. К. Кирилов принял активное участие в осуществлении Камчатских экспедиций, особенно второй. В 1731 г.

он составляет проект освоения и административного устройства Дальнего Востока, показывающий широкий государственный кругозор автора. Еще важнее поданная им в 1733 г. докладная записка, касающаяся Второй Камчатской экспедиции В. Беринга – А. Чирикова, одним из главным организаторов которой он являлся.

В ней он подробно обосновывает значение и цели экспедиции и, в частности, ставит перед ней задачу: «подлинно проведать, могут ли Северным морем проходить до Камчатского или Полуденного океана моря».

При этом И. К. Кирилов делает такое характерное замечание:

«Я, по исследованию некоторых, конечную надежду имею, что могут». Слова эти не только обнаруживают правильную точку зрения на жизненно важную для России проблему, но и то, что автор их занимался детальным изучением литературы по этому вопросу.

Будучи к моменту формирования в 1734 г. так называемой Оренбургской экспедиции обер-секретарем Сената, И. К. Кирилов много хлопочет о снабжении ее всем необходимым и вообще о скорейшем и лучшем осуществлении этого крупного предприятия.

Совет

С 1734 г. он оставляет свою плодотворную деятельность в Сенате для руководства этой экспедицией, проект которой содержался еще в упоминавшейся выше записке 1733 г. и подробно развит им в записке Сенату в 1734 г.

В 1731 г. один из казахских ханов, теснимый своими восточными соседями джунгарцами, обратился к России с просьбой о защите и принятии в подданство. В 1734 г. в Петербург прибыло посольство казахских и каракалпакских старшин для ведения переговоров. В связи с этим И. К. Кирилов и представил в 1734 г.

свое «Изъяснение о Киргиз-Кайсацкой и Кара-Калпакской ордах», где он, обнаруживая большие географические познания среднеазиатских стран, выдвигает проект постройки города на р. Яик (Урал) и укреплений для защиты русских границ и охраны казахов и каракалпаков.

Он обосновывает создание нового города также и тем, что последний явится необходимым звеном «для отворения свободного пути в Бухары, в Водокшан, в Балк и в Индию».

Идея прокладки сухопутных дорог для связи со среднеазиатскими странами и Индией была далеко не новой. Она начала осуществляться русскими людьми еще с XV-XVI вв. Горячим сторонником ее, как известно, был Петр I, организовавший поход Бековича-Черкасского. кончившийся неудачей, но принесший много ценных сведений об этих районах и, в частности, об Аму-Дарье.

Учтя благоприятно складывавшуюся для России политическую обстановку, И. К. Кирилов энергично взялся за осуществление поставленной цели, стараясь заинтересовать правительство выгодными перспективами торговли с богатым Востоком.

Экспедиция должна была, помимо военно-политических задач, выполнить также и ряд научных исследований: геодезические работы, изучение природы и населения края с его бытом и хозяйством. Настойчивость И. К. Кирилова преодолела многочисленные препятствия, и в конце июня 1734 г.

он с помощниками, среди которых находился ставший затем крупным географом П. И. Рычков, выехал из Петербурга вместе с казахскими послами.

Обратите внимание

Оренбургская экспедиция И. К. Кирилова сыграла весьма важную роль. В результате был заложен г. Оренбург (на месте современного Орска) и положено начало присоединения Казахстана к России. Оренбургская экспедиция принесла много ценных географических и картографических сведений о новом обширном крае.

Во время этой сложной работы И. К. Кирилов пишет записку «О приведении в совершенное исправление Российской Генеральной и партикулярных ланд-карт», где излагает ряд интересных соображений. Весной 1736 г.

он из глухой башкирской деревеньки сообщает в Академию наук о новых геодезических съемках и просит выслать необходимые инструменты, а в конце 1736 г. обещает прислать новые карты, что и выполняет за два месяца до своей смерти. В этот же период И. К.

Кирилов посылал петербургскому академику Г. Ф. Миллеру записки по истории и этнографии Башкирии.

В течение всего времени пребывания в Оренбургской экспедиции И. К. Кирилов болел туберкулезом. В результате обострения болезни Иван Кириллович Кирилов скончался 25 апреля 1737 г. в Самаре.

До последнего дня он отдавал все свои силы русской науке.

Главные картографические и географо-статистические работы И. К. Кирилова.

Еще в 1724 г. И. К. Кирилов, живо интересовавшийся Сибирью, настолько хорошо был осведомлен в ее картографии, что по требованию Петра I сделать сводную карту восточных районов этой огромной страны «через одну ночь своеручно нарисовал и объявил карту «географической части дальневосточной Сибири и Татарии, а также новых земель Камчатки и Японских островов»».

Карта эта подводила итог накопленным к концу петровского времени русским картографическим знаниям о важнейших дальневосточных районах Сибири, прилегающих к Северному Ледовитому и Тихому океанам, и, в частности, значительно уточняла очертания Чукотского полуострова, Камчатки и Курильских островов.

Была использована и китайская карта, присланная Петру I китайским императором.

Но главным картографическим трудом И. К. Кирилова, оставшимся, к сожалению, незавершенным, является составление им замечательного атласа России. Еще Петр I мечтал о создании Генеральном карты Российской империи, но при его жизни этого так и не удалось осуществить И. К.

Важно

Кирилов в течение ряда лет подготавливал карты отдельных русских территорий и трудился над составлением Генеральной карты страны с тем, чтобы опубликовать обширный атлас. Составление его было начато в 1726 г. В 1731 и 1732 гг. опубликованы два выпуска карт.

Читайте также:  Краткая биография ибсен

Перед самым отъездом в Оренбургскую экспедицию ему удалось осуществить только часть этой грандиозной работы и издать в 1734 г последний, третий, более полный выпуск под характерным заглавием раскрывающим, по обычаю тех времен, главные элементы публикуемого труда: «Атлас Всероссийской Империи, в котором все ея царства, губернии, провинции, уезды и границы, сколько возмогли российские геодезисты, описать оныя и в Ландкарты положить по длине и ширине точно изъявляются, и городы, пригороды, монастыри, слободы, села, деревни, заводы, мельницы, реки, моря, озера знатные горы, леса, болота, большие дороги и протчая со всяким прилежанием исследованные, российскими и латинскими именами подписаны имеются трудом и тщанием Ивана Кирилова. Весь сей Атлас разделен будет в три тома и будет содержать в себе всех на все 360 карт, ежели время и случай оные собрать и грыдором напечатать допустить. Длины начало свое приемлют от первого меридиана, через остров Дагдан и Эзель проведенного, кончаются же в земле Камчатке, так что Империя Российская более 130 градусов простирается, которых весь земной глобус 360 в себе содержит».

Таков был грандиозный план труда, задуманного И. К. Кириловым.

Он свидетельствует о необычайной ясности и широте взглядов автора, о его горячем патриотизме и стремлении поднять развитие русской картографии на более высокую ступень.

Даже начальный меридиан выбран им не от Ферро или Гринвича, как это часто делалось, т. е. не от пунктов, не имеющих отношения к России, а от ее крайних западных границ.

И. К.

Кирилов рассчитывал «приобщить» к третьему тому также и специальные исторические и экономические карты «о городах древних же и новых и о народах, о довольствах к житию человеческому их коммерции».

Но и опубликованный первый выпуск явился крупным событием в истории картографии. Помимо 14 частных карт отдельных областей, исполненных в конической проекции, он содержал и одну генеральную карту империи в целом и представлял собой первый печатный атлас России.

Надо подчеркнуть, что И. К. Кирилов не встретил необходимой поддержки в издании своего замечательного труда и был принужден, преодолевая всяческие трудности и препятствия, опубликовать его на свои личные средства.

Конечно, Атлас имеет ряд недостатков. Основным из них, как известно, является то, что его Генеральная карта вытянута по долготе против действительности примерно на 7-8 градусов. Особенно это относится к восточным азиатским частям государства, о которых имелись гораздо менее точные и более разрозненные данные, чем о Европейской России.

Совет

Но если мы вспомним об общем уровне картографии того времени, который, конечно, в значительной мере обусловливал точность работы, то признаем вполне справедливым замечание известного русского астронома О. В. Струве. Последний писал, что карта И. К. Кирилова по точности нанесения подробностей «едва ли уступает академической» (изданной в 1745 г.

), а изображение Каспийского моря и относительное положение Арала «показаны им даже более точно».

Генеральная карта и, в особенности, ее части, касающиеся Азиатской России, несмотря на дефекты, имела исключительную ценность. Атлас И. К. Кирилова, будучи предшественником известного Атласа 1745 г.

, изданного русской Академией наук, использовался в России много лет спустя после выхода последнего. Он послужил источником сведений для ряда картографических работ, выходящих в Западной Европе.

Его Генеральная карта воспроизводилась, в частности, в географических атласах, выпускаемых германской фирмой Гомана в Нюренберге, во Всемирном атласе Робера 1748 г.

Что касается внешнего оформления, то Атлас 1734 г. не уступал большинству лучших заграничных изданий подобного рода.

Второй главный научный труд И. К. Кирилова рисует его как выдающегося экономгеографа и статистика.

Имеется в виду «Цветущее состояние Всероссийского Государства, в каковое начал, привел и оставил неизреченными трудами Петр Великий, отец отечествия, император и самодержец Всероссийский и прочая, и прочая, и прочая…». Рукопись эта закончена в 1727 г.

и состоит из двух книг, содержащих составленное по строго определенному плану описание губерний: Петербургской, Московской, Смоленской, Киевской, Воронежской, Рижской, Ревельской, Нижегородской, Казанской, Астраханской, Архангелогородской и Сибирской.

К сожалению, труд И. К. Кирилова был опубликован лишь в 1831 г. под указанным выше названием Н. Погодиным со списка, но не с подлинника. Позднее был обнаружен другой, более совершенный список этого замечательного произведения.

Обратите внимание

Как в России, так и за границей, не только в первой половине XVIII в., но и значительно позднее экономическая география не выделилась в самостоятельную отрасль знания, хотя само название «экономическая география» было уже введено в научный оборот М. В. Ломоносовым.

Обычно в работах такого рода переплетались элементы экономико-географические и статистико-экономические.

Такой именно характер и носит указанный выше труд И. К. Кирилова, который служит одним из важнейших источников при изучении русского хозяйства петровского времени. Он является первым описанием России статистико-географического типа, содержащим множество ценнейших конкретных сведений.

Значительное место уделяется штатам различных учреждений в губернских и провинциальных городах. Для петербургской «сиянс Академии» дан даже персональный список всех ее «профессоров», как тогда называли академиков. Следующие разделы посвящены церковным учреждениям и вооруженным сухопутным и морским силам.

Большое значение имеет раздел «о ямах, почтах и расстояниях между ними», дающий довольно подробные сведения о географии русских путей сообщения.

Но особый интерес представляют разделы, содержащие описание: 1) городов: «какого строения оные и при каких реках или при море, а о некоторых и времена, в которые оные построены», и 2) промышленных предприятий: «о заводах и фабриках».

Приведенные И. К. Кириловым сведения об отдельных промыслах и заводах являются и поныне одним из основных источников при изучении промышленности этого времени и ее географического распределения.

В книге приводятся не только данные о занятиях населения, но в ряде случаев и о географических связях, возникающих на почве его промысловой и торговой деятельности.

Так, например, об Астрахани говорится, что в ней «купечеств и жителей Астраханских русских обретается не великое число, только приезжих из прочих российских городов; также Армян, Индийцев, Персиян, Бухарцов и Ногайцев, живущих при Астрахани многое число…

Товары больше в привозы чрез Астрахань идут, то есть Немецкие сукна и другие из России, мягкая рухлядь, юфть и полотна в Персию, из Персии же шелки и шелковые парчи и иные в Россию… Также прежде хаживали караваны в Бухарию и в Хиву, а ныне оный торг пресекся, по причине учиненкой обиды в 1718 г. над князем Черкасским от хивинцев».

Важно

В книге встречаются и отдельные характеристики народностей с указанием мест их кочевий и основных занятий, например, кругом Якутска кочуют, «а другие жильем живут иноземцы якуты, а именно: вверх по Лене выше Олекминского острога до Гусельных гор и по реке Вилюю» и т. д. И. К. Кирилов приводит примерную цифру якутского населения, дает краткие сведения об их религии; питании: «пища скотом и зверем и рыбою, а хлеба не сеют», о звероловных промыслах и др.

В разделе о Сибирской губернии имеется сжатая история ее присоединения к России. Особо характеризуются важнейшие укрепленные пункты – остроги, а также Камчатка с ее населением.

И. К.

Кирилову принадлежит первое указание в печати на проникновение на Камчатку до Атласова Луки Морозко.

Таким образом, в целом сочинение И. К. Кирилова дает разностороннее представление о населении отдельных частей России, его быте, занятиях, хозяйстве, населенных пунктах, а также множество справочного материала об административных, церковных и ряде других учреждений и организаций.

И. К.

Кирилов первый прибег к изображению «государственных достопримечательностей» в табличном форме, заслугу чего, по справедливому замечанию украинского академика М. В. Птухи, неправильно приписывают датчанину И. П. Андерсену.

И. К.

Кирилов приводит сводные цифровые таблицы, характеризующие отдельные губернии и провинции и в конце книги дает сводную «краткую ведомость» о состоянии губерний, провинций а отдельных городов, начиная с графы «какого строения и при каких местах» и кончая графой «заводы» с указанием числа предприятий и их специализации: «железные, кожевенные» и т. д. Эти таблицы делают еще более ценным его сочинение.

Список литературы

  1. Лебедев Д. М. Иван Кириллович Кирилов / Д. М. Лебедев // Люди русской науки. Очерки о выдающихся деятелях естествознания и техники. Геология и география. – Москва : Государственное изд-во физико-математической литературы, 1962. – С. 317-324.

Источник: http://i.geo-site.ru/node/68

Кирилов Иван Кириллович (1689–1737) – Орск – наша Родина!

Иван Кириллович Кирилов, один из основателей отечественной географической науки, родился в 1689 году в семье подьячего.

В 1702 году, в возрасте тринадцати лет, поступил в Навигационную школу, находившуюся тогда в Москве, в ведении Оружейной палаты, о чем сохранилось письменное свидетельство:
«Послан из Палаты Оружейной в школу наук математических, во ученики Иван Кирилов, которого принять учителю Андрею Фархварсону с товарищи нынешнего 1702 маия в 23 день».
Этот документ опровергает сложившееся представление о И. К. Кирилове как о самоучке.

В 1712 году Кирилов — подьячий в Ельце, выполняет землемерные или топографические работы, связанные, скорее всего, с широкой заготовкой леса для строительства судов, поскольку в то время Елец числился «по кораблестроительным делам» и был приписан к Азовской губернии. Знаем же мы об этом потому, что именно в 1712 году стольник И. Д. Хлопов объезжал ряд губерний, отыскивая для службы в Москве способных молодых людей. Среди двенадцати человек, отобранных Хлоповым, был и двадцатитрехлетний Иван Кирилов.

В Москве Кирилов поначалу служил в Поместном приказе, но вскоре, когда Приказ упразднили, а его дела передали в Поместный стол Сената, там же оказался и он. В Сенате Кирилов прослужил более двадцати лет и, начав с самой нижней ступеньки служебной лестницы, поднялся до обер-секретаря Сената (1728).

Совет

С первых же дней своей службы на новом месте, Кирилов обратил на себя внимание углубленным интересом к картам, картографии, к тому, что мы бы назвали сейчас экономической географией.

Вероятно, поэтому, когда в 1720-х годах в России приступили к полномасштабным геодезическим съемкам и составлению карт территорий Империи, руководство этими работами было поручено И. К. Кирилову.

Помимо картографических материалов, к Ивану Кирилловичу стекались и разнообразные статистические сведения: о наличных дорогах, реках, лесах, городах и сёлах, составе и численности населения, его занятиях, промыслах и т.д. Всё это богатство Кирилов решил использовать для составления полного описания Отечества.

В 1727 году грандиозный труд, первый в своем роде, был завершен и назывался, по обычаю того времени, так:
«Цветущее состояние Всероссийского Государства, в каковое начал, привел и оставил неизреченными трудами Петр Великий, отец Отечествия, император и самодержец Всероссийский и прочая, и прочая, и прочая.

Книга первая, в которой описаны губернии и провинции, в них города, гарнизоны, артиллерия, канцелярии, конторы, управители с подчиненными, епархии, монастыри, церкви, число душ, расположенные полки и доходы, как оные ныне состоят губернии Санкт-Петербургская, Московская, Смоленская, Киевская, Воронежская, Рижская, Ревельская».

Название прекрасно очерчивает предмет исследования и дает представление о широте кругозора его автора.

Вторая книга того же труда посвящена описанию Нижегородской, Казанской, Астраханской, Архангельской и Симбирской губерний…

Этой работой русский ученый во многих отношениях опередил своих европейских коллег и заслужил право называться первым экономгеографом. Экземпляр «Цветущего состояния…» имел в своей библиотеке А. С. Пушкин.

Одновременно с «Цветущим состоянием…» Кирилов подготовил и первый обширный атлас Российской Империи. Но вот с изданием его вышла долгая и малоприятная заминка. Дело в том, что с той же целью из Франции был приглашен академик Делиль, уже начавший работу по составлению Академического атласа России и, естественно, совершенно не заинтересованный в труде Кирилова.

Вероятно, не без его воздействия открывшаяся в 1725 году Академия наук встретила проект Кирилова без особого сочувствия.
Однако И. К. Кирилов, видевший крайнюю нужду в картах для практической деятельности государственных учреждений, торговли, военного дела и т. п., не смирился, решив во что бы то ни стало добиться издания своего атласа.

Обратите внимание

Побуждало его к этому не столько вполне понятное авторское самолюбие и ущемленная национальная гордость, сколько принципиальное несогласие с принятой на Западе методикой информационного насыщения карт:

«…Вкратце приношу, что меня принудило впервые зачать географические российские карты в один атлас собрав: тот недостаток, которого в чужестранных картах терпеть не мог, ибо многим несходствам и более жилые места пустою землёю опоясывают и в карты кладут… »

Кирилов не пожелал даже воспользоваться «чужеземными» меридианами и выбрал за точку отсчета свой: меридиан островов Даго и Эзель (Хиума и Сарема), расположенных в российских водах Балтийского моря.
Когда Кирилов увидел, что работа Делиля затягивается, он принял решение напечатать свой атлас под личную ответственность и на собственные средства. В 1734 году первый том «Атласа Российской Империи» вышел в свет. О том, насколько тщательно он проработан, свидетельствует тот факт, что многие его данные входят сейчас в учебники по истории развития народного хозяйства в качестве первоисточников. Например, исследуя русскую промышленность, Кирилов составил перечень железоделательных заводов и фабрик первой четверти XVIII века и дал их общий итог: «233 промышленных предприятия».
В работе Кирилова приводится немало исторических описаний и свидетельств (о походах Ермака, покорении Сибири, освоении Камчатки), сопровождаемых этнографическими и хозяйственными подробностями. В частности, рассказывая о Камчатке и трех её островах (Нижнем, Верхнем, Большерецком), автор сообщает:

«…Население там разнообразное, каждый народ говорит на языке, который с прочими сибирскими иноземцами ничем не сходят, и мужской пол весь пустобородный. Лошадей и скота никакого не имеют, токмо немного оленей.

Питаются рыбой, травою, кореньями, соболей, лисиц, бобров камчатских ловят множество, которым зверем покорённые камчадалы и ясак платят.

Из русских товаров выбойку, китайку, топоры, котлы, иглы, напёрстки, отчасти красные сукна на зверя охотно меняют».

Самое интересное, что всё это написано почти за два десятилетия не только до выхода в свет классического труда С. Крашенинникова о Камчатке, но даже до начала его путешествия.

В качестве обер-секретаря Сената Кирилов способствовал снаряжению различных экспедиций, обычно имея в виду конкретный государственный «прибыток». Оренбургская экспедиция также была задумана Иваном Кириловым ввиду выгод торговли со среднеазиатскими ханствами и Индией.

В Государственном архиве Оренбургской области хранится документ: «Проект обер-секретаря Сената И. К. Кирилова строительства русского города на юго-восточных рубежах Российской Империи».

В этом проекте Кирилов аргументированно доказывает историческую необходимость и целесообразность безотлагательного строительства города-крепости:

Читайте также:  Сочинения об авторе уайльд

«Требуется укрепить юго-восточные границы, государства, построить «великий город-крепость» и сделать его главным опорным пунктом края.

А от него по Яику, Самаре и Сакмаре строить крепости, редуты и форпосты, которые составят оренбургскую пограничную линию».

Эта линия призвана была защитить границы Империи, земли её новых подданных — киргиз-кайсацкого и каракалпакского народов — от джунгар и в значительной мере послужить препятствием для разорительных набегов степняков на башкир, а башкир на степняков, воспрепятствовать междоусобным конфликтам. Новый город должен был стать организующим центром, базой торговли России с киргиз-кайсацкими ордами и ханствами Средней Азии, с Афганистаном, Персией, арабским Востоком, Индией. В Проекте об этом записано, что строительство нового города необходимо «не только для одного содержания киргизцев, но и для отворения свободного с товарами пути в Бухару, в Водохшан, в Балх и в Индию».

Первого мая 1734 года проект Кирилова получил одобрение государыни Анны Иоанновны, а 18 мая его автор был назначен главой экспедиции — называлась она поначалу «известною», а затем и прямо Оренбургской.
Экспедиция имела большие полномочия, ей должен был подчиняться уфимский воевода.

Важно

Помимо ученых, топографов, инженеров, военных, в составе экспедиции находились несколько студентов Славяно-греко-латинской академии и священник.

Любопытный факт: первоначально священником в экспедицию Кирилова вызвался ехать Михаил Васильевич Ломоносов, учившийся тогда в классе риторики Славяно-греко-латинской академии.

Однако во время допроса в канцелярии Академии Ломоносов признался, что он сын крестьянина и положен в подушный оклад, а не сын поповича, как говорил прежде. После этого признания Ломоносов вообще не был рукоположен в священники, и вопрос об участии его в экспедиции отпал…

Десятого ноября 1734 года Кирилов с экспедицией прибыл в Уфу, затем двинулся к месту предполагаемой закладки будущего города. В конце года в верхнем течении Яика он основал первую из крепостей на оренбургской линии: Верхнеяицкую.

Но план Кирилова, составленный умозрительно, на основании одних теорий, на деле оказался не столь легко осуществим.

«Пришлось мечтать не об устроении флотилии на Аральском море, думать не о снаряжении торговых караванов из Оренбурга через киргизскую степь в богатую золотом, пряностями, драгоценными камнями и тонкими тканями благодатную Индию, — писал историк П. Н.

Столпянский, — нет, пришлось вести упорную кровавую борьбу за каждый шаг, за каждый кусочек номинально числящейся за ними земли и вести борьбу на два фронта. С двумя народностями, тоже номинально состоящими в нашем подданстве: с боков давили башкиры, которые понимали, что их владычеству пришел конец, а впереди были воинственные номады киргизы…».

В августе 1735 года, после долгого и трудного пути, экспедиция Кирилова прибыла в «устье Орское над Яиком» и на Преображенской горе (Яшмовой) при салюте из 31-й пушки заложила «горным зеленым и синим камнем» город Оренбург переименованный позже в крепость Орскую (ныне город Орск).

Пока одни участники экспедиции сооружали крепость и город, другие, по словам Кирилова, разведывали «здешние горные полезные метальные и минеральные признаки».

Далее была заложена Бердская слобода — в двадцати верстах от Сакмарского казачьего городка вниз по Яику, следом крепости Сорочинская, Тоцкая, Бузулукская, Ольшанская (Елшанская), Борская, Красносамарская…

Особенно большое значение в условиях совершенной неизученности края имели предпринятые Кириловым работы по картографированию. Под руководством Кирилова и по его заданиям в Оренбургской экспедиции работали наиболее знающие и опытные геодезисты.

Совет

С их помощью Кирилов организовал в Башкирии и за ее пределами топографические съемки, в результате которых русская картография того времени обогатилась новыми географическими картами. Одновременно с топографо-картографическими работами Кириловым впервые .на территории Башкирии были организованы разведка и добыча полезных ископаемых.

Позднее, сообщая о результатах своего похода, Кирилов указывал, что в окрестностях Оренбурга было «найдено много редких камней, а особливо множество медных руд» и «на первый случай заложены три шахты».

И. К. Кирилов уделял также большое внимание разработке минеральных богатств края. Он «приохотил» башкир к поставке илецкой соли в Уфу, и, по свидетельству П. И. Рычкова, несколько тысяч пудов этой соли было отправлено «на судах Белою рекою в Каму и Волгу далее». Во время своих непрерывных странствий по Башкирии Кирилов собрал большое количество образцов.

Летом 1736 года Кирилов выехал в Самару, где находилась штаб-квартира Оренбургской экспедиции, для решения неотложных дел и в Оренбург (Орск) уже не вернулся — 14 апреля 1737 года, на сорок восьмом году жизни, он умер от чахотки в Самаре и там же был похоронен.

Источник: http://kraeved.opck.org

Источник: http://home.orsknet.ru/kirilov-ivan-kirillovitch/

История Кириллова

История Кириллова, год основания города, достопримечательности, гостиницы, развлечения, отзывы гостей города.

История небольшого российского городка Кириллов, что находится в Вологодской области, неразрывно связана со знаменитым Кирилло-Белозерским монастырем.

Это уникальная достопримечательность сохранилась до наших дней практически в первозданном виде, по праву является предметом гордости не только православного население, но и всех жителей, кому не чужда история родного края.

Основание монастыря и окрестного поселения случилось в 1397 году. В то время здешние места, удаленные берега судоходного озера Сиверское, были пустынью, что посещали лишь единичные охотники. Наименование современного городка произошло от монаха Кирилла, создателя монашеской обители.

Довольно быстро доселе пустынные области были заселены трудолюбивым народом. Благо, и власти государства жаловали здешний монастырь, всегда пользовавшийся милостью самодержцев.

Так, в середине XV века его лично посетили Великий Князь Василий Темный, будучи ослепленным собственным родственником.

Согласно поверью, благословение настоятеля монастыря Трифона помогло несчастному вернуть власть и расправиться с узурпатором.

Обратите внимание

Почти столетием позже, в 1528 году в Кириллове побывал Василий Третий, будучи бездетным, молил в святом месте бога о наследнике мужского пола.

И на этот раз благодать сошла на просителя – в 1530 году на свет явился Иван, будущий царь Московского государства, прозванный Грозным.

Он помнил о славном прошлом монастыря, самолично трижды посетил обитель, жаловал слободу деньгами, способствовал каменному строительству в Кириллове, а ближе к концу жизненного пути сам стал здешним монахом.

На протяжении веков Кириллов слыл самым крупным поселением в уезде – в 1770-е годы, например, здесь насчитывалось не менее 335 дворов с жителями, существовала простая промышленность в виде мельниц, кузнечных мастерских и прочего. Руководствуясь важностью поселения и монастыря, в 1776 году ему придали статус уездного центра, в каковом он и находился до революции 1917 года.

Хотя в окрестностях городка люди занимались хлебопашеством, выращиванием льна и огородничеством, основой хозяйства Кириллова была торговля.

Так, к моменту получения статуса города здесь числилось не менее 150 торговых лавочек, гостиница, а в разрядных книгах было зарегистрировано более 30 купцов.

Основным товаром были продукты местных лесов – смола и деготь. Взамен в Кириллов поставлялись продукты питания, ткани и кожи.

В таком виде Кириллов и Белозерский монастырь пребывали до XX века. Также это место было печально знаменито тем, что здесь существовала удаленная тюрьма для особо важных государственных преступников. К 1900 году население города составляло около 4300 человек, проживавших в 800 домах.

Важно

С приходом ко власти большевиков судьба города и монастыря кардинально поменялась. С 1924 года обитель прекратила свое существование, часть монахов подверглась репрессиям. На месте каменной крепости монастыря устроен музей, существовавший в своем виде вплоть до 1997 года.

Лишь после развала СССР и образования новой России отношение властей к памятнику поменялось. Часть комплекса, а именно комплекс Малого Ивановского монастыря, вновь переданы Русской Православной Церкви. Также в безвозмездном пользовании РПЦ оказался Успенский монастырь и некоторые храмы района. В них возобновлены службы, проводятся необходимые восстановительные мероприятия.

Интересно, что подобные перемены не слишком положительно повлияли на жизнь местных жителей. Население Кириллова, достигшее пика к 1992 году, постепенно падает – люди переезжают с территории музея по причине недостатка рабочих мест. Также менее активно работает Кирилловское Училище Культуры, использовавшее помещения монастыря под общежитие для студентов. 

Источник: https://www.101hotels.ru/recreation/russia/kirillov/history

Биография Кириллов В. Т

Владимир Кириллов (1889 – 1937) Владимир Тимофеевич Кириллов родился 2 октября 1889 года в деревне Харино Смоленской губернии в крестьянской семье, в течение года учился в начальной школе, с 10 лет — ученик сапожной мастерской, с 1903 — матросский ученик на пароходе торгового флота, плавал в Турцию, Грецию, Египет. В революцию 1905—1906 участвовал в революционном движении черноморских моряков, за что был сослан на 3 года в Усть-Сысольск. В 1911 уехал в Америку, через год вернулся. В войну 1914 мобилизован в армию. Активный участник Февральской и Октябрьской революций.

В 1918—1920 работал в ленинградском, московском и тамбовском пролеткультах. В 1920—1923 — один из руководителей группы “Кузница”. Кириллов начал писать стихи и рассказы в ссылке в 1910; первое стихотворение напечатано в 1913 в “Народном журнале”.

После Октябрьской революции он — один из самых характерных и выдающихся пролетарских поэтов эпохи военного коммунизма.

Его лучшие стихи — “Железный мессия”, “Мы”, “Матросам”, “25 Октября”, “Я подслушал эти песни”, “К нам, кто сердцем молод” — представляют собой яркие поэтические памятники эпохи гражданской войны.

Порвав в 1923 с организованным пролетарским литературым движением, Кириллов и в творчестве все дальше отходит от позиций пролетарской поэзии. Его творчество времен нэпа — сплошное отречение от основных мотивов предшествующего периода.

Свои лучшие стихи того периода он называет “пустыми сочиненьями, где всё мечты, мечты и ложь”. Арестован 31 января 1937 года в Пензе, этапирован в Москву. 15 июля в был суд, вернее судебный фарс – на каждого подсудимого отводилось 20 минут.

16 июля 1937 года Владимира Кириллова расстреляли в Лефортовской тюрьме как врага народа.

Совет

В этот же день и по тому же списку с подписями Сталина, Кагановича, Ворошилова, Жданова, Микояна в Лефортово расстреляли большую группу писателей, в том числе поэтов Павла Васильева, Михаила Герасимова.

Лишь в конце 80-х годов стало известно о месте захоронения расстрелянных 16 июля 1937 года в Лефортово – могила № 1 «невостребованных прахов» Донского кладбища. Библиография: Стихотворения, П., 1918; Зори грядущего, П., 1919; Паруса, М., 1921; Железный мессия, М., 1921; Отплытие, М., 1923; Стихотворения, кн. I, М.

, 1924; Рабочие шаги, М., 1924; Море, М., 1925; Кровь и снег, М., 1925; Праздник жизни, Рассказы (совместно с М. Герасимовым), М., 1925; Избранные стихи, М., 1926; О детстве, море и красном знамени, М., 1926; Голубая страна, Вторая книга стихов, Л., 1927; Вечерние ритмы, М., 1928; Весенний свет, Стих., кн. I, 1913—1922, изд.

2-е, М., 1928.

Источник: http://www.uznaem-kak.ru/biografiya-kirillov-v-t/

Диктор Игорь Кириллов – биография, фото, интервью

Игорь Леонидович Кириллов – диктор Центрального телевидения СССР. Родился в Москве в 1932 году. Окончил Театральное училище им. Щепкина и ВГИК. С 1955 по 1957 – Театр на Таганке. С 1957 –  диктор телевидения. Народный артист СССР.

Был диктором программы “Время” более 30 лет. Возглавлял дикторский отдел на Первом канале с 1968 года по 1989 год. С 1965 года до конца 1980-х вёл телевизионную трансляцию парадов на Красной площади. До 2006 года ежегодно вёл трансляцию парадов Победы 9 мая.

С 2004 года — член Российской академии телевидения.

Цитаты И.Л.Кириллова из разных интервью:

“Диктор должен не просто читать по бумаге, он обязан глубоко осмыслить текст, дать собственную оценку сообщению, в простой, доверительной форме донести его до зрителя…

…Потерян темпоритм русской речи. Такое ощущение, что у ведущей что-то не в порядке с животом. А у нас темпоритм был определённый, потому что мы знали: нас смотрят и слушают люди, которые плохо знают русский язык, – например, в среднеазиатских и прибалтийских республиках.

Да и в российской глубинке плохо усваивали смысл, если темп речи превышал 12-14 строчек в минуту. А сейчас гонят по 20 строчек, в результате получается абракадабра. Нельзя просто так пробалтывать текст. Я уже не говорю о подаче.

Сейчас ведь сплошь и рядом нарушается одно из главных правил: ни в коем случае нельзя начинать программы новостей с негатива, еще и постоянно подчеркивать его! У людей создается впечатление, что мы живём если и не в эпоху Апокалипсиса, то в самый его канун…

Я работал диктором, а не журналистом.

Однако, в принципе, я мог сказать то, что думаю. Вопрос заключался лишь в том, как сказать. Я мог выразить своё мнение интонацией. Как говорил Салтыков-Щедрин, “важно не то, что ты говоришь, а что имеешь в виду…

…Общение через микрофон – это величайшее искусство, которому нас обучала (это я говорю о первом поколении дикторов телевидения), моя творческая мать родная, величайший диктор всесоюзного радио народная артистка Советского Союза – Ольга Сергеевна Высоцкая…

…Наша профессия очень сложная, очень ёмкая, и очень ответственная. И она зиждется, как учила меня Ольга Сергеевна Высоцкая, на трёх китах: Что я говорю, кому я говорю, зачем я это говорю, больше ничего не нужно. «Что я говорю» – это содержание.

«Кому я говорю» – это конкретный человек, человек один, человек, которого я знаю, который не в родственных со мной отношениях, который где-то сидит, слушает. Я его не вижу, но ощущаю, чувствую.

Это очень важно, что вот он в это время собирается погулять с собачкой, одевает ботинки, вот-вот выйдет, а мне надо его задержать, потому что ему надо сообщить очень важные, очень серьёзные, хорошие или не очень хорошие новости. Одним словом, я должен воздействовать на этого человека…

…Готовые слова должны вырываться по-настоящему из сердца, из души, из мозга и т.д. В общем человек должен думать, думать и говорить. А не просто – говорить. И поэтому, все слова, которые произносятся, в основном сейчас (я имею в виду телевидение), они очень пустые. Они не наполнены человеческим пониманием и оценкой. Я не говорю о каких то чувствах и прочем, нет…

…По-моему, это такая общая тенденция сейчас – «давай скорее говори, быстрее говори, там рекламу надо подать!» Все в таком безумном рыночном, базарном темпе жизни, быстрее-быстрее, проглатывая слова… А главное, что мысли проглатывают. Вот самое страшное.

И нет главное, того, чему учила Ольга Сергеевна, нет объекта. Ведь раньше даже бедный спорт, которому в программе «Время» оставалось три минуты всего. Бедные наши комментаторы вынуждены были сокращать свои сообщения о спорте, но скороговорку не допускали никогда.

Лучше сократить текст, чем быстренько, быстренько проговорить его…

…Мне приходилось иногда делать аллогизмы, то есть я замедлял речь, когда мне нужны было выделять главное, ставил логические паузы совсем не там где надо, но так чтобы народ это запоминал. Мой сосед – маршал авиации Евгений Яковлевич Савицкий. Он каждый день прочитывал «Правду» от корки до корки, и вдруг мы встретились с ним у лифта.

Читайте также:  Краткая биография селин

«Знаете», – говорит он мне, – «я сегодня не читал «Правду». «Не может быть, Евгений Яковлевич, потому что этого не может быть никогда!» А он говорит: «Вы так мне хорошо рассказали Постановление ЦК КПСС и Совета Министров, что я сегодня даже не читал «Правду».

Обратите внимание

Но если бы он знал, чего мне стоило разобраться в этой воде и выловить из этой воды суть… в общем, это очень сложное дело…

…А что касается обязательного актерского образования для профессии диктора и на телевидении, и на радио — это абсолютно неправильно.

У нас главное, как и Ольга Сергеевна говорила с самого начала — это, прежде всего, человеческие какие-то качества, желательно положительные.

Ну и самое главное, чтобы у человека был развит (или он стремился развить) свой природный артистизм, который есть в каждом. Я уже говорил об этом. В каждом человеке он существует: как человек умеет рассказать, как привлечь внимание…

…Сейчас нужно стремиться к тому, чтобы каждый диктор имел свой голос, своё лицо, если хотите, чтобы своё собственное индивидуальное, личностное. Вот тогда это интересно. Тогда это не диктор, а собеседник все-таки вернулись к тому слову, которое мы с Ольгой Сергеевной долго искали.

Действительно, собеседник, с которым приятно побеседовать, которого приятно и полезно послушать, потому что он несёт положительную информацию.

Ведь очень важно даже в отрицательной информации, которая приходит, нужно обязательно ни понижать голос, ни переживать – боже упаси, надо нести даже в отрицательной информации, в трагической вернее информации надежду. Веру и надежду. И даже немножко любовь. И тогда все будет ясно…»

Источник: https://diktory.com/igor_kirillov.html

Жизненный путь и научная деятельность И. К. Кириллова

Иван Кириллович Кирилов родился в 1689 году в семье подьячего (дьяк). В 1702 году, в возрасте тринадцати лет, поступил в Навигационную школу, находившуюся тогда в Москве, в ведении Оружейной палаты, о чем сохранилось письменное свидетельство:

«Послан из Палаты Оружейной в школу наук математических, во ученики Иван Кирилов, которого принять учителю Андрею Фархварсону с товарищи нынешнего 1702 майя в 23 день».

Данный документ опровергает сложившееся представление о И. К. Кирилове как о самоучке.

В 1712 году Кирилов — подьячий в Ельце, выполняет землемерные или топографические работы, связанные, с широкой заготовкой леса для строительства судов, поскольку в то время Елец числился «по кораблестроительным делам» и был приписан к Азовской губернии. Знаем же мы об этом потому, что именно в 1712 году стольник И. Д.

Важно

Хлопов объезжал ряд губерний, отыскивая для службы в Москве способных молодых людей. Среди двенадцати человек, отобранных Хлоповым, был и двадцатитрехлетний Иван Кирилов. В Москве Кирилов поначалу служил в Поместном приказе, но вскоре, когда Приказ упразднили, а его дела передали в Поместный стол Сената, там же оказался и он.

В Сенате Кирилов прослужил более двадцати лет и, начав с самой нижней ступеньки служебной лестницы, поднялся до обер-секретаря Сената (1728).

С первых же дней своей службы на новом месте, Кирилов обратил на себя внимание углубленным интересом к картам, картографии, ктому, что мы бы назвали сейчас экономической географией.

Вероятно, поэтому, когда в 1720-х годах в России приступили к полномасштабным геодезическим съемкам и составлению карт территорий Империи, руководство этими работами было поручено И. К. Кирилову.

Помимо картографических материалов, к Ивану Кириловичу стекались и разнообразные статистические сведения: о наличных дорогах, реках, лесах, городах и сёлах, составе и численности населения, его занятиях, промыслах и т.д. Всё это богатство Кирилов решил использовать для составления полного описания Отечества.

В 1727 году грандиозный труд, первый в своем роде, был завершен и назывался, по обычаю того времени, так:

«Цветущее состояние Всероссийского Государства, в каковое начал, привел и оставил неизреченными трудами Петр Великий, отец Отечествия, император и самодержец Всероссийский и прочая, и прочая, и прочая.

Книга первая, в которой описаны губернии и провинции, в них города, гарнизоны, артиллерия, канцелярии, конторы, управители с подчиненными, епархии, монастыри, церкви, число душ, расположенные полки и доходы, как оные ныне состоят губернии Санкт-Петербургская, Московская, Смоленская, Киевская, Воронежская, Рижская, Ревельская».

Название прекрасно очерчивает предмет исследования и дает представление о широте кругозора его автора.

Совет

Вторая книга того же труда посвящена описанию Нижегородской, Казанской, Астраханской, Архангельской и Симбирской губерний.

Этой работой русский ученый во многих отношениях опередил своих европейских коллег и заслужил право называться первым экономгеографом. Экземпляр «Цветущего состояния…» имел в своей библиотеке А. С. Пушкин.

Одновременно с «Цветущим состоянием…» Кирилов подготовил и первый обширный атлас Российской Империи. Но вот с изданием его вышла долгая и малоприятная заминка.

Дело в том, что с той же целью из Франции был приглашен академик Делиль, уже начавший работу по составлению Академического атласа России и, естественно, совершенно не заинтересованный в труде Кирилова.

Вероятно, не без его воздействия открывшаяся в 1725 году Академия наук встретила проект Кирилова без особого сочувствия.

Однако И. К. Кирилов, видевший крайнюю нужду в картах для практической деятельности государственных учреждений, торговли, военного дела и т. п., не смирился, решив во что бы то ни стало добиться издания своего атласа.

Побуждало его к этому не столько вполне понятное авторское самолюбие и ущемленная национальная гордость, сколько принципиальное несогласие с принятой на Западе методикой информационного насыщения карт:«…Вкратце приношу, что меня принудило впервые зачать географические российские карты в один атлас собрав: тот недостаток, которого в чужестранных картах терпеть не мог, ибо многим несходствам и более жилые места пустою землёю опоясывают и в карты кладут… »

Кирилов не пожелал даже воспользоваться «чужеземными» меридианами и выбрал за точку отсчета свой: меридиан островов Даго и Эзель (Хиума и Сарема), расположенных в российских водах Балтийского моря.

Обратите внимание

Когда Кирилов увидел, что работа Делиля затягивается, он принял решение напечатать свой атлас под личную ответственность и на собственные средства.

В 1734 году первый том «Атласа Российской Империи» вышел в свет.

О том, насколько тщательно он проработан, свидетельствует тот факт, что многие его данные входят сейчас в учебники по истории развития народного хозяйства в качестве первоисточников.

Например, исследуя русскую промышленность, Кирилов составил перечень железоделательных заводов и фабрик первой четверти XVIII века и дал их общий итог: «233 промышленных предприятия».

В работе Кирилова приводится немало исторических описаний и свидетельств (о походах Ермака, покорении Сибири, освоении Камчатки), сопровождаемых этнографическими и хозяйственными подробностями.

В частности, рассказывая о Камчатке и трех её островах (Нижнем, Верхнем, Большерецком), автор сообщает:«…Население там разнообразное, каждый народ говорит на языке, который с прочими сибирскими иноземцами ничем не сходят, и мужской пол весь пустобородный. Лошадей и скота никакого не имеют, токмо немного оленей.

Питаются рыбой, травою, кореньями, соболей, лисиц, бобров камчатских ловят множество, которым зверем покорённые камчадалы и ясак платят. Из русских товаров выбойку, китайку, топоры, котлы, иглы, напёрстки, отчасти красные сукна на зверя охотно меняют».

Самое интересное, что всё это написано почти за два десятилетия не только до выхода в свет классического труда С. Крашенинникова о Камчатке, но даже до начала его путешествия.

В качестве обер- секретаря Сената Кирилов способствовал снаряжению различных экспедиций, обычно имея в виду конкретный государственный «прибыток». Оренбургская экспедиция также была задумана Иваном Кириловым ввиду выгод торговли со среднеазиатскими ханствами и Индией.

Роль Кириллова И. К. в освоении земель Урала

Кирилов И. К. первый кто обратил внимание государыни Анны Иоанновны на Оренбургскую область, в своем: «Проект обер-секретаря Сената И. К. Кирилова строительства русского города на юго-восточных рубежах Российской Империи».

Важно

В этом проекте Кирилов аргументированно доказывает историческую необходимость и целесообразность безотлагательного строительства города-крепости: «Требуется укрепить юго-восточные границы, государства, построить «великий город-крепость» и сделать его главным опорным пунктом края.

А от него по Яику, Самаре и Сакмаре строить крепости, редуты и форпосты, которые составят оренбургскую пограничную линию».

Эта линия призвана была защитить границы Империи, земли её новых подданных — киргиз-кайсацкого и каракалпакского народов — от джунгар и в значительной мере послужить препятствием для разорительных набегов степняков на башкир, а башкир на степняков, воспрепятствовать междоусобным конфликтам.

Новый город должен был стать организующим центром, базой торговли России с киргиз-кайсацкими ордами и ханствами Средней Азии, с Афганистаном, Персией, арабским Востоком, Индией.

В Проекте об этом записано, что строительство нового города необходимо «не только для одного содержания киргизцев, но и для отворения свободного с товарами пути в Бухару, в Водохшан, в Балх и в Индию».

Первого мая 1734 года проект Кирилова получил одобрение государыни Анны Иоанновны, а 18 мая его автор был назначен главой экспедиции — называлась она поначалу «известною», а затем и прямо Оренбургской.

Экспедиция имела большие полномочия, ей должен был подчиняться уфимский воевода. Помимо ученых, топографов, инженеров, военных, в составе экспедиции находились несколько студентов Славяно-греко-латинской академии и священник.

Первоначально священником в экспедицию Кирилова вызвался ехать Михаил Васильевич Ломоносов, учившийся тогда в классе риторики Славяно-греко-латинской академии.

Совет

Однако во время допроса в канцелярии Академии Ломоносов признался, что он сын крестьянина и положен в подушный оклад, а не сын поповича, как говорил прежде.

После этого признания Ломоносов вообще не был рукоположен в священники, и вопрос об участии его в экспедиции отпал…

Десятого ноября 1734 года Кирилов с экспедицией прибыл в Уфу, затем двинулся к месту предполагаемой закладки будущего города. В конце года в верхнем течении Яика он основал первую из крепостей на оренбургской линии: Верхнеяицкую.

Но план Кирилова, составленный умозрительно, на основании одних теорий, на деле оказался не столь легко осуществим.

«Пришлось мечтать не об устроении флотилии на Аральском море, думать не о снаряжении торговых караванов из Оренбурга через киргизскую степь в богатую золотом, пряностями, драгоценными камнями и тонкими тканями благодатную Индию, — писал историк П. Н.

Столпянский, — нет, пришлось вести упорную кровавую борьбу за каждый шаг, за каждый кусочек номинально числящейся за ними земли и вести борьбу на два фронта. С двумя народностями, тоже номинально состоящими в нашем подданстве: с боков давили башкиры, которые понимали, что их владычеству пришел конец, а впереди были воинственные номады киргизы…»

В августе 1735 года, после долгого и трудного пути, экспедиция Кирилова прибыла в «устье Орское над Яиком» и на Преображенской горе (Яшмовой) при салюте из 31-й пушки заложила «горным зеленым и синим камнем» город Оренбург переименованный позже в крепость Орскую (ныне город Орск).

Пока одни участники экспедиции сооружали крепость и город, другие, по словам Кирилова, разведывали «здешние горные полезные метальные и минеральные признаки».

Далее была заложена Бердская слобода — в двадцати верстах от Сакмарского казачьего городка вниз по Яику, следом крепости Сорочинская, Тоцкая, Бузулукская, Ольшанская (Елшанская), Борская, Красносамарская…

Особенно большое значение в условиях совершенной неизученности края имели предпринятые Кириловым работы по картографированию. Под руководством Кирилова и по его заданиям в Оренбургской экспедиции работали наиболее знающие и опытные геодезисты.

Обратите внимание

С их помощью Кирилов организовал в Башкирии и за ее пределами топографические съемки, в результате которых русская картография того времени обогатилась новыми географическими картами. Одновременно с топографо-картографическими работами Кириловым впервые.на территории Башкирии были организованы разведка и добыча полезных ископаемых.

Позднее, сообщая о результатах своего похода, Кирилов указывал, что в окрестностях Оренбурга было «найдено много редких камней, а особливо множество медных руд» и «на первый случай заложены три шахты».

И. К. Кирилов уделял также большое внимание разработке минеральных богатств края. Он «приохотил» башкир к поставке илецкой соли в Уфу, и, по свидетельству П. И. Рычкова, несколько тысяч пудов этой соли было отправлено «на судах Белою рекою в Каму и Волгу далее». Во время своих непрерывных странствий по Башкирии Кирилов собрал большое количество образцов.

Летом 1736 года Кирилов выехал в Самару, где находилась штаб-квартира Оренбургской экспедиции, для решения неотложных дел и в Оренбург (Орск) уже не вернулся — 14 апреля 1737 года, на сорок восьмом году жизни, он умер от чахотки в Самаре и там же был похоронен.

Один из участников Оренбургской экспедиции художник Д. Кэстль, поощряемый Кириловым, совершил дважды путешествие в орду хана Абдулхаира.

Во время своих странствий по Казахским степям и Башкирии он вел дневник, в котором отмечал встречавшиеся на пути руины старинных зданий и могил, реки, озера, горы, леса, степи и т. д.

Сообщал краткие сведения о городе Оренбурге и Яицком городке, о яицких и сакмарских казаках и их промыслах. В 1741 г.

он дополнил свой дневник краткими географическими сведениями о Казахских степях, их растительном и животном мире, о минеральных богатствах, описанием обитателей степей — казахов, их жилищ, занятий, обрядов и т. д. Своими трудами участники Оренбургской экспедиции положили начало научному изучению Южного Урала, успешно продолженному последующими поколениями ученых и исследователей.

Важно

В бумагах Кирилова были найдены ландкарты, не завершенные исторические и географические труды, несколько летописей из Сенатского архива. Кроме того, за покойным остался долг казне в 7591 рубль (по сведениям историка С. Соловьёва), который положили взыскать с его сына — Петра Ивановича Кирилова, обер-аудитора Военной коллегии. Однако сын оказался не в состоянии выплатить такой долг.

Спустя двадцать пять лет Сенат нашёл, наконец, способ, как списать эту весьма значительную по тем временам сумму и освободить сына, ради заслуг его отца, от уплаты отцовского же долга: в докладе, поданном императрице Елизавете, Сенат просил о пожаловании Петра Ивановича Кирилова десятью тысячами рублей — с тем, чтобы в эту сумму зачесть и долг. Ходатайство Сената было удовлетворено только в 1764 году Екатериной II.

Оценивая деятельность И. К. Кирилова на посту начальника Оренбургской экспедиции, различные исследователи, пишущие об истории Оренбургского края, единодушны в одном: главной ошибкой Кирилова был неправильный выбор места для закладки города-крепости.

«Кирилов пренебрег растянутостью коммуникаций с Центральной Россией, — замечает историк В. В.

Дорофеев в статье «Начало Орска», — за что пришлось расплачиваться в первую же зиму: гарнизон крепости выжил только за счет уменьшения состава почти на 800 человек, более половины которых погибло на пути в Сакмарский городок…»

Экономически несостоятелен был и план Кирилова относительно строительства в Оренбурге (Орске) серебряного завода: не было ни подходящего качества руды, ни, самое главное, лесов в необходимом количестве.



Источник: http://biofile.ru/his/27649.html

Ссылка на основную публикацию