Сочинения об авторе лавренев

Борис Лавренёв – Собрание сочинений. т.1. Повести и рассказы

Б. А. ЛАВРЕНЕВ (1891–1959)

Вступительная статья

Борис Андреевич Лавренев — один из наиболее читаемых и сегодня советских прозаиков первого послереволюционного поколения. К его книгам обращаются люди самых разных интересов и культурных уровней не из одной почтительности к истории, а в силу живого, непреходящего интереса к сюжетам, созданным его воображением и пером.

Около шести десятилетий прошло с тех пор, как был написан рассказ «Сорок первый», десятки раз он переиздавался, миллионы людей знакомы с его образами по киноэкрану, а он привлекает внимание читателей по-прежнему. Не у многих художественных произведений подобная счастливая судьба.

Почти такая же известность сопровождает некоторые другие рассказы, повести и пьесы писателя. Не все, конечно, но лучшие. В чем секрет нестареющего успеха лавреневских произведений? Ответить на этот вопрос непросто: Лавренев разнообразен, многоцветен, изменчив, неровен. И всего скорее, притягательность Лавренева для разных читателей будет своя.

Обратите внимание

Однако есть нечто особенное, что лежит в основе широкой популярности Б. Лавренева. Объяснить ее причину — задача настоящей статьи.

Прежде всего очевидна одна общая черта творчества Лавренева: его произведения всегда были созвучны тому историческому моменту, в который они были написаны.

Созвучны и по своим темам, по жизненному материалу, положенному в их основу, и по манере письма, по характеру образности и языка.

И то, что было острой злободневностью в момент создания произведения, через десятилетия придает ему безусловное значение выразительного исторического свидетельства об ушедшей эпохе.

Почти все главные проблемы становления советского государства и процессы духовной жизни советского народа нашли воплощение в творчестве Б.

 Лавренева: революционный подвиг, романтика и жестокость гражданской войны, ненавистная писателю пошлость нэповского мещанства, неизбежные трудности в сближении старой интеллигенции с народом, антигуманизм буржуазного общества и империалистической политики Запада, героизм Отечественной войны, традиции русской культуры — вот круг тем, к которым обращался на протяжении сорокалетней работы писатель.

Такое чувство времени было даровано Лавреневу потому, что он всегда занимал активную позицию в жизни, о чем свидетельствует биография писателя, во многом типичная для людей его поколения.

О детских и юношеских годах писателя, об обстоятельствах формирования его как личности рассказывается в автобиографиях, помещенных в первом томе настоящего собрания сочинений.

Здесь мы лишь коснемся этих обстоятельств в самом общем виде.

Важно

В начале десятых годов XX века молодым поэтом и художником, жадно впитывающим в себя настроения и мысли современников, Лавренев быстро прошел путь от символизма к эгофутуризму, а затем к акмеизму.

Истинным же началом своего творчества сам Лавренев считает рассказ «Гала-Петер», написанный в 1916 году на фронте.

Этот социально тенденциозный рассказ был вехой на пути идейного становления двадцатипятилетнего) поручика царской армии, участника первой мировой войны, который не стал казенным ура-патриотом империалистической России, а выбрал иную дорогу.

Участие в неправедной войне, близость к солдату — человеку из народа, о котором так много думала и говорила вся русская интеллигенция, но которого часто так мало знала, помогли понять писателю ничтожность «мышиной возни литературных стычек» на фоне народной трагедии.

Но форма рассказа «Гала-Петер» — его композиция, стиль — живо напоминает нам о поэтическом прошлом его автора, который сам признает в нем «ритмическую стилизацию прозы под Андрея Белого». И герои «Гала-Петер» — не характеры, а типичные маски, подобные персонажам ранних поэм Маяковского.

Рассказ увидел свет только в 1924 году. Во время империалистической войны, когда он был создан и когда его антивоенная направленность прозвучала бы особенно злободневно, рассказ был запрещен цензурой (подробнее об этом — в «Автобиографии» и в примечаниях к настоящему тому).

Этот рассказ не может еще дать представления о характере творчества Лавренева начала 20-х годов — в нем нет ни пестрого буйства романтических красок, ни острого сюжета, ни деятельного и яркого героя.

Но страстность, с которой писатель отвергал здесь империалистическую бойню первой мировой войны, предопределила его собственную судьбу во время гражданской войны — молодой офицер встал в ряды Красной Армии.

Совет

Он дрался с Петлюрой и атаманом Зеленым, затем, после ранения, был послан в политотдел Туркестанского фронта, работал в красноармейских и краевых газетах Средней Азии. Деятельность журналиста обогатила его как писателя не только темами и сюжетами, по и позволила лучше понять современника — человека из народа, пришедшего к революции.

В Средней Азии Лавренев пытается создать роман-эпопею. Замысел так и остался незавершенным, но материал из неоконченного гигантского произведения частично был использован при работе над рассказами и повестями 1923–1925 годов, которые писались уже в Ленинграде.

Они-то и принесли автору заслуженную известность.

Произведения эти свидетельствуют не только о вполне сложившемся мировоззрении автора, но и о том, что дарование его профессионально отшлифовалось, приобретя черты, характерные для литературы первой половины 20-х годов.

Поэт-модернист стал революционным писателем-романтиком. Вероятно, превращение это обусловила сама историческая ситуация, придавшая именно такую форму творческой энергии литературной молодежи того времени.

Вспомним, что тогда же подобную эволюцию, несмотря на несходство талантов, претерпели Л. Леонов, И. Эренбург и другие писатели, захваченные, как и Б. Лавренев, важностью и новизной происходящих в России событий.

О бурных революционных годах, о гражданской войне рассказывает Лавренев в первой своей значительной повести с символическим названием «Ветер» (1924).

Фольклорная традиция олицетворения сил природы с процессами, происходящими в обществе, вообще широко использовалась современниками Лавренева, но ассоциативный фон слова «ветер» особенно вдохновлял их, вдыхая в произведения образ стихийной, разящей и в то же время освежающей, очищающей силы.

Буйством и неукротимостью характера может поспорить с ветром герой повести Лавренева матрос Василий Гулявин.

Обратите внимание

В 1930 году писатель вспоминал: «Я провел среди матросов первые годы гражданской войны, жил с ними дружно и тепло, и психология матроса 17-го года не была для меня загадочной».

Действительно, Лавренев любит своего героя, понимая природу его беззаветного героизма и бешеной удали, его высокой революционной сознательности и его невежества и моральной несдержанности.

Источник: https://libking.ru/books/prose-/prose-su-classics/544775-boris-lavrenev-sobranie-sochineniy-t-1-povesti-i-rasskazy.html

Образ автора в рассказе Лавренева “Сорок первый”

Среди средств выражения авторской позиции обычно называют заглавие произведения, символику, деталь, пейзажные и портретные зарисовки и т. д. Все это присутствует в рассказе Б.

Лавренева, но выявить авторскую позицию, на мой взгляд, в этом произведении очень сложно.

Сама композиция рассказа, его расчлененность на главы с длинными названиями для меня являются знаком его сложнейшей диалогичности, знаком его близости, как это ни странно, и драматическому жанру.

Думаю, что экранизация и постановки на сцене в данном случае более чем оправданны. Перечитывая этот рассказ (один из самых талантливых в мировой литературе рассказов о любви, как мне кажется), я всегда вспоминаю мою любимую пьесу – “Отелло” Шекспира. Как вы думаете, на чьей стороне автор пьесы? Кто для него жертва – Отелло или Дездемона?

Мне кажется, что Лавренев не винит Марютку в содеянном, как не винит Шекспир мавра-убийцу. (Почему-то даже символика имен: Мавр – Марютка, их созвучие для меня значимы.) Оба главных героя – жертвы страшного мира, й выстрел Марютки, раздробивший голову Говорухи-Отрока, в той же мере направлен в ее сердце.

Говоря о таком средстве выражения авторской позиции, как композиция, нельзя не обратить внимание на развязку, собственно, ради нее и выстроено все здание повествования.

“Гибнущая в огне и буре планета”, “грохот гибели мира” – эти слова характеризуют не только предсмертные ощущения поручика, но и тот Апокалипсис, который наступил для всей страны, разорванной не на красных и белых, а на “розовые нити нервов”.

Если возможна такая ситуация, когда женщина убивает свою единственную любовь, свое будущее, насилует свою женскую природу, то, значит, возможно и все дальнейшее – расстрелы, лагеря, геноцид. Планета гибнет, любовь уже больше не цементирует мир. Вспомним слова Евангелия: “Аще дом разделится, не может стояти дом тот”.

Ярким средством выражения позиции автора служит и название рассказа. Сорок первой жертвой Марютки был несчастный поручик. Рассказ назван не “Марютка” и не “Вадим”, а по числу, обозначающему счет жертв.

Важно

Для меня это свидетельство сочувствия автора поручику, более несомненного, чем, скажем, подчеркиваемые в его портрете тонкость и одухотворенность: красота, голубые глаза и т. д. Но мотив жертвы все же неоднозначен. Хочется повторить, что и Марютка, как бы ни сложилась ее дальнейшая судьба, обречена на духовную гибель, если не физическую.

Поручик, полюбивший духовную дикарку – “Пятницу”, не понял одного: отравленная всем виденным, идеологией “малинового* Евсюкова, а также собственноручно совершенными сорока (!) убийствами, Марютка не годилась для жизни на духовном материке поручика. Такие на Большой земле нормального человеческого существования не приживаются.

Читайте также:  Краткая биография радищев

Может быть, поручик надеялся на чудо, чудо духовного воскресения, но он был романтиком XIX века. (Само имя “Вадим” звучит романтично, по-лермонтовски.)Это время прошло.

Обратимся к рассмотрению эпитетов, щедро используемых автором для создания определенного настроения. Синие глаза поручика, синь моря, синий дымок, синий абажур, противопоставленный багровому, все залившему “кровавым блеском” закату. Такова правда поручика. Марютка противопоставляет ему свое – кровь: “Люди правду ищут, в кровях мучаются… каждая конфета в кровях перепачкана”.

В речи автора присутствуют и другие цвета, как бы напоминающие о многообразии красок мира, о живой жизни: “золотой”, “ярко-желтый”, “канареечный” остров, “золотое” солнце в “грузной синеве”, “рыжие купола юрт”, “желтого крепкого дуба” бот, “холодный блистающий мед” воды.

Краскам природы нарочно противопоставлены ядовитые оттенки анилиновых красителей, реквизированные ревштабом для покраски кожаных. курток комиссаров: “…и заполыхала туркестанская Красная Армия всеми отливами радуги – малиновыми, апельсиновыми, лимонными, изумрудными, бирюзовыми, лиловыми”.

Мотив ряжения? Сам Евсюков в своей малиновой куртке напоминает “пасхальное яйцо”, но не буквы ХВ (“Христос Воскрес”), а перекрест ремней боевого снаряжения образует крест на его куртке. Ни христианской, ни даже человеческой жалости не испытывает Евсюков ни к друзьям, ни к врагам.

Убежденный в правоте своего дела (“За трудящихся всего мира”), он хладнокровно обрекает на голодную смерть киргизов. Гамму его чувств автор передает в словах: “…Зверел и, сам морщась от жалости, тыкал наганом в плоские носы…” Недаром дорогу Евсюкова и его отряда называет писатель “черной”.

Совет

Сам комиссар и пристреливал своих ослабевших товарищей, которые были не в силах идти дальше “за трудящихся всего мира”.

Большое место в рассказе занимают своеобразные вставки – стихи Маяковского, рассказы поручика. Дискуссия Ма-рютки и ее пленника о стихах – извечный спор о мастерстве и таланте. “Стихи у меня, – говорит Марютка, – с люльки в сердце закладены”. Скажем – талант? Кажется, автор на стороне Марютки.

Но в желтых с “кошачьим огнем” глазах ее – “мечтание”, чтобы “написали в книжке и подпись везде проставили: “Стих Марии Басовой”. Автор не скрывает, что стихи Марютка пишет не только потому, что они, хоть и неумелые, рвутся из сердца, но и потому, что хочет прославиться. Рассказчик отнюдь не издевается над Марюткиным виршеплетством.

Не вина, а беда Марютки в том, что бесчеловечная идея никогда еще не порождала подлинные шедевры. Может быть, и талант, и артистизм, “много экспрессии, чувства”, говоря словами поручика, живут в душе полуграмотной рыбачки, но душа Марютки – жертва малиново-анилиновой кожаной куртки.

Талантливые стихи о том, как “мы их били с пулемета”, не давались не то что Марютке, а и самому Маяковскому. Кажется, еще Ренан сказал, определяя сущность искусства, что девушка может петь о потерянной любви, но скряга не может петь о потерянных деньгах.

Рассказы поручика характеризуют его как натуру поэтическую. Он по образованию филолог, ему свойственно чувство прекрасного. Но прямое противопоставление героя и героини не входит в задачу автора. Авторская позиция, повторюсь, неоднозначна.

Недаром лейтмотивом образа Говорухи-Отрока становится одиночество. Он один стрелял, прежде чем был разбит его отряд, один шел, не сгибаясь, под ветром, гнувшим в три погибели бойцов Евсюкова, он одинок в жизни вообще.

Увидев парус, он выкрикивает лермонтовское: “Белеет парус одинокий…”

Эта строка является метафорой судьбы героя рассказа. Может быть, самая трагическая нота в рассказе – это чудовищное противоречие в душах героя и героини: он – гуманист, убегающий от людей, она – убийца, стремящийся к людям. И оба – на необитаемом острове.

“Сорок первый” – рассказ, задевающий в душе какую-то болезненную струну, звучание которой не смолкает долгие годы. Тема любви стара, как мир, и “сильна, как смерть”.

Обратите внимание

Но Борис Лавренев рассказал любовную историю, переплетая идиллию с трагедией, глубину психологизма со щемящей болью недоумения: “Что ж я наделала?” Этот последний вопль обезумевшей Марютки впору было подхватить всей стране. Не это ли хотел сказать автор?

(No Ratings Yet)
Загрузка…

Образ автора в рассказе Лавренева “Сорок первый”

Другие сочинения по теме:

  1. Образ Софьи в комедии “Горе от ума” первый в литературе образ думающей женщины Еще В. Г. Белинский почувствовал в Софье “какую-то энергию характера” и удивился тому, что она, “не дорожа ничьим мнением”, ведет…
  2. Образ автора в поэме “Паломничество Чайльда Гарольда” Поэма Байрона “Паломничество Чайльд Гарольда” – это лирический дневник поэта. В ней он показал свое отношение к жизни, свои философские…
  3. Автобиографический характер образа Левина. Образ автора в романе Цель: помочь ученикам раскрыть идейно-художественные особенности образа Левина, его связь с автором; развивать навыки характеристики героев, сопоставление явлений литературной и…
  4. Образ автора в романе “Исповедь Клода” Философия Клода несложна и напоминает внутренний мир юного Золя. Общественную программу ему заменяет моральная концепция, заимствованная у Мишле. Выдвигая в…
  5. Сочинение на тему: Как я вижу образ автора в романе “Евгений Онегин” Александр Сергеевич Пушкин является не только автором романа “Евгений Онегин”, но и одни м из его героев, что делает события…
  6. Образ автора в повести “Приключення Тома Сойера” В образе Тома Сойера Марк Твен изобразил самого себя “Я рассказывал в “Томе Сойере” о собственных проделках,- сообщил писатель своему…
  7. Образ автора в романе “Война и мир” Роман “Война и мир” охватывает пятнадцать лет из жизни России и Европы, он насыщен военно-историческими событиями, широкими бытовыми картинами. И…
  8. Образ автора в пьесе Грибоедова “Горе от ума” В XVIII-XIX веках русская литература тяготела к подражанию французскому театру. “Наша драма – подкидыш”, – писал Вяземский. Перенимая все законы…
  9. Образ повествователя в рассказе Александра Солженицына “Матренин двор” Ценность рассказа состоит в очень реалистичном и достоверном изложении событий. Жизнь и смерть Матрены Захаровой показаны такими, какими они были…
  10. Образ учительницы в рассказе В. Г. Распутина “Уроки французского” В. Г. Распутин – интересный писатель, большой мастер, умный и чуткий к тревогам и бедам окружающих. Освещая чувства своих героев,…
  11. Сочинение на тему: Образ душечки в одноименном рассказе А. П. Чехова Одной из наиболее остро волновавших писателя тем, к которым он настойчиво обращался на протяжении всего своего творческого пути, была Сочинение…
  12. Первый блин – комом! (смысл пословицы) В нашей семье все очень любят блины. Их замечательно готовит бабушка. Мама тоже умеет печь блины, но она много работает,…
  13. “Герой нашего времени” первый “аналитический” роман в русской литературе Роман М. Ю. Лермонтова “Герой нашего времени” – первый в русской литературе “аналитический” роман, в центре которого стоит не биография…
  14. “Герой нашего времени” первый социально-психологический роман В идеях Печорина много ложного, в ощущениях его есть искажение; но все это выкупается его богатою натурою. Его во многих…
  15. “Герой нашего времени” первый русский философский роман в прозе “Герой нашего времени” – итоговое произведение Лермонтова, первый русский социально-психологический и философский роман в прозе. Он впитал в себя творчески…
  16. “Что мне ненавистно” – первый “литературный документ” в наследии Золя В середине 60-х годов Золя теоретически уже стоял на уровне наиболее смелых тогда идей эстетики, связанных с позитивизмом. Но как…
  17. Первый роман Золя “Исповедь Клода” Среди ранних произведений Золя, пожалуй, самым большим вниманием критики пользуется первый роман писателя “Исповедь Клода”. О нем не написано специальных,…
  18. Что я узнал о жизни сельской бедности из рассказа Остапа Вишни “Первый диктант” Есть писатели, которые остаются только в своем времени. Потомки их мало читают, а то и не вспоминают совсем. Произведения Остапа…
  19. Философского размышления автора о судьбе человека в романе “Герой нашего времени” В “Бэле” мы видим Печорина глазами Максима Максимовича, старого офицера. Это довольно-таки поверхностное описание характера героя: “Славный был малый… только…
  20. Внутренний мир героя в рассказе А. П. Чехова “О любви” Рассказ А. П. Чехова “О любви” стоит в одном ряду с двумя другими его рассказами “Человек в футляре” и “Крыжовник”,…

Источник: https://ege-russian.ru/obraz-avtora-v-rasskaze-lavreneva-sorok-pervyj/

Лавренев “Сорок первый” сочинение

Тема ” Интеллигенции и революции” является важной темой в произведениях писателей русской литературы 20 века. Перед представителями интеллигенции вставал острый вопрос выбора идеалов добра и сострадания, принципов духовности, гуманизма, как высших критериев человеческого сострадания.

В произведениях Б. А. Лавренева “Сорок первый” и А. Н.

Толстого “Гадюка” авторы раскрывают необычный характер самой эпохи Гражданской войны, круто переломившей судьбы целых поколений и классовых сословий, в том числе интеллигенции, в частности поручика Вадима Николаевича, в рассказе “Сорок первый”, и дочери купца второй гильдии Ольги Вячеславовны в повести “Гадюка.” Два разных писателя обнажают губительную силу разрушительства, ожесточения, бесчеловечности, которые сопровождают падение старого мира.

Читайте также:  Сочинения об авторе аверченко

История героев демонстрирует всю несовместимость войны и насилия с человеческим счастьем, самой человеческой природой. В данных произведениях раскрыта пора великих исторических испытаний, которые столкнули интеллигенцию с жизненной драмой исторического развития России.

В повести “Гадюка” девушка из интеллигентной семьи идет на войну, охваченная ненавистью, мщением за свою загубленную семью. Пройдя через все тяготы, лишения бессмысленной жестокой войны, где ей пришлось убивать, потерять любимого человека, Зотова превращается из хорошенькой молоденькой девушки в “демобилизованного солдата; ну разве это женщина?”

Мир природы, люди в ее круговороте, простые человеческие отношения – вот высшие ценности для данных писателей.

Поток истории, ворвавшийся в устоявшееся бытие, разрушившие события войны и революции – это все естественно несовместимо с человеческой жизнью, с человеческим счастьем.

В рассказе Б. Лавренева “Сорок первый” показан гвардии подпоручик Говорухо-Отрок, которого жестокая война не сломила. Он всегда держался с достоинством, характерным для военного человека из интеллигентной семьи.

И даже когда красноармейцы вместе с подпоручиком “карабкались” по барханам. красноармейцы шли “спотыкаясь, качаясь от ветра”, один поручик шел прямо, спокойно. Когда Евсюков спросил у него “двужильный ты что ли?”, он ответил: ” Не поймешь. Разница культур.

Важно

У тебя тело подавляет дух, а у меня дух владеет телом. Могу приказать себе не страдать.”

Авторские повествования в этих произведениях окрашены ощущением катастрофы – неотвратимой и необъяснимой для интеллигенции. которая выбита из колеи революцией и как бы проходящая проверку на подлинность, испытание.

(Пока оценок нет)
Loading…

Вы сейчас читаете сочинение Лавренев “Сорок первый” сочинение« Сочинение по рассказу Чехова “Дама с собачкой”Сочинение “Прогулка по городу” »

Источник: https://schoolessay.ru/lavrenev-sorok-pervyj-sochinenie/

Читать онлайн “Собрание сочинений. т.1. Повести и рассказы” автора Лавренев Борис Андреевич – RuLit – Страница 8

Отражением интереса писателя к политическому климату в мире явилась пьеса «Голос Америки» (1949), которую в свое время ставили театры Москвы, Ленинграда и других городов страны. Обнажение нравственной сущности империалистической политики и ненависть к фашизму в любом его виде — эти темы органично связывают «Голос Америки» со всем предыдущим творчеством Лавренева.

Пьеса проникнута большой благожелательностью к простым людям Америки. В то же время пьеса написана с тем особенно острым ощущением опасности для самого существования простых людей мира, которое присуще уже только нашему времени.

Вместе с верой писателя в человеческую сопротивляемость силам мировой реакции это ощущение выводит пьесу за границу только «злобы дня» конца 40-х — начала 50-х годов.

Последней страницей художественного творчества писателя явилась драма «Лермонтов». Пьеса эта — результат давней и глубокой тяги драматурга к изучению русской истории и истории русского искусства. Написанию «Лермонтова» предшествовала большая подготовка. «Я работал над „Лермонтовым“ в течение пятнадцати лет, работал не как писатель пока еще, а как исследователь», — рассказывал Лавренев.

Напомним, что еще в романтической пьесе середины 20-х годов «Кинжал» Лавренев изобразил будущих декабристов. Тогда же к столетнему юбилею декабристов он написал сценарий «Южное общество». А в новелле 1930-го года «Лотерея мыса Адлер» рассказал о смерти опального декабриста, знаменитого писателя Бестужева-Марлинского.

Время славы русского оружия, благородного движения декабристов сменилось в изображении Лавренева эпохой мрачной реакции и безвременья, жертвами которой стали Пушкин и Лермонтов.

Скорбью молодого Лермонтова о погибшем Пушкине открывается, роковым выстрелом Мартынова заключается пьеса, в центральных сценах которой выступают зловещие фигуры Николая I, Бенкендорфа, Дубельта — палачей русской поэзии.

Совет

В последние годы жизни интерес писателя к русской истории укрепляется: он ищет в ней подтверждения величия путей своей родины и правоты своих взглядов умудренного опытом художника.

После 20-х и 30-х годов прошлого столетия он переходит к его 40-м годам и собирает материал к пьесе о Герцене. В судьбе своего нового героя он видит как бы воплощенно преждевременно оборвавшегося пути Лермонтова.

Лавренев сказал о Лермонтове: «Если бы он прожил еще десять лет, мы бы имели его в рядах великолепной когорты демократов».

Работает писатель и над романом о моряках Великой Отечественной войны, о которых у него «накопилось огромное количество материала». Одновременно писатель перечитывает, поправляет, переделывает и даже иногда заново переписывает старые произведения. Особенно большим исправлениям в 1957–1958 годах подверглась «Гравюра на дереве».

И, конечно, нельзя не заметить прямой связи между направлением этой работы над повестью конца 20-х годов и теми размышлениями об искусстве, о назначении художника и путях советской литературы, которые занимают писателя в конце 50-х годов и находят выражение в его статьях о художественных выставках, в рецензиях на различные книги, в докладах о современной драматургии, в беседах с литературной и театральной молодежью.

В 1955 году писатель, рассказывая о создании «Разлома», утверждал: «Я с самого начала своей писательской, особенно драматургической деятельности, как говорится, сражался до последней капли крови за утверждение реализма в нашей литературе».

Может быть, по отношению ко всему творчеству Лавренева эти слова и не совсем точны, ибо мы помним и романтическое начало его литературного пути, и его хотя и редкие, но все-таки имевшие место увлечения условностью.

Однако это высказывание, как и целый ряд аналогичных, интересно в качестве теоретического итога его сорокалетней литературной работы: этим итогом было признание реализма как высшей ступени художественного развития.

Обратите внимание

Писатель всегда был со своими современниками, разделял с ними их идеалы и вкусы, их увлечения и заблуждения, их ошибки и взлеты, и прошел в своем творчестве весь путь развития советской прозы, все этапы становления социалистического реализма.

Он отдал дань и увлечению цветистой орнаментальностью в начале 20-х годов, и ироническому бытописанию в период нэпа, и «литературе факта» в 30-е годы. Но все типичные явления времени окрасились в творчестве Лавренева своеобразными, очень яркими и мужественными тонами, свойственными его живописной кисти.

Через разнообразие жанров, тем, стиля, открывающих читателю все новые и новые возможности творческого дара писателя, звучит в книгах Лавренева его особенная мелодия: утверждение романтики новой действительности, воспевание героической бескомпромиссности революции и ее людей, пожизненная детская влюбленность писателя в беспредельную синеву моря, его упоение человеком сильных страстей и активного отношения к жизни.

Е. Старикова

Над крутым обрывом правого берега Днепра встают полуразрушенные, густо заросшие дерезой и бурьяном валы старой крепости, построенной в конце XVIII века Суворовым.

Когда смотришь с валов на ртутный блеск медленно текущей к морю водной глади, на широкое пространство плавень, на густые заросли камыша, на седые вербы над ериками, — невольно вспоминаешь незабвенные строки: «Чуден Днепр при тихой погоде!»

Возле крепости разлегся по берегу уютный, ласковый город. Обилием зелени он похож на парк, и летом, когда цветут акации, улицы засыпаны душистой шуршащей пеной опавших лепестков, по которым идешь, как по ковру. Имя города — Херсон.

В этом городе и родился 17 июля 1891 года. Родители мои были педагогами и всю жизнь с гордостью несли скромное, но почетное звание просветителей народа — народных учителей.

Предыстория семьи не лишена занимательности. По материнской линии я происхожу из старой казачьей семьи Есауловых, служивших под началом Потемкина и Суворова, участников многих походов, осады и штурма турецкой твердыни Очакова.

Важно

Моя бабка была единственной наследницей огромного богатства — трех тысяч десятин великолепного чернозема с селом Меловым, в шестидесяти верстах выше Херсона по Днепру. Возле завидной невесты вертелся табун женихов.

Но всех их затмил прибывший в Херсон в 1856 году с севастопольских бастионов романтический герой, артиллерийский поручик Ксаверий Цеханович. О нем упоминает во втором томе «Крымской войны» академик Тарле при описании набега англо-французов на Керчь.

Интересный кавалер пленил сердце шестнадцатилетней Дашеньки Есауловой. Родители дали согласие, и Дашеньку обвенчали с лихим поручиком. Герой оказался героем во всех отношениях.

Пользуясь влюбленным доверием юной супруги, ничего не смыслившей в житейской прозе, он немедля убедил ее перевести все состояние на его имя, зажил широко и шумно и, два года спустя, сев за игорный стол под крепким градусом, в одну ночь проиграл атаману чумацких обозов Агаркову триста тысяч, ровно столько, сколько стоило по тогдашним ценам бабкино имение.

После этого подвига герой скрылся в неизвестном направлении, и след его затерялся в российских просторах. По смутным слухам, он окончательно спился, босячил в Астрахани и кончил буйную жизнь в ночлежке.

Оставшись после бегства героя без гроша, бывшая богатая помещица поступила экономкой в дом предводителя дворянства Журавского и, перебиваясь с хлеба на квас, растила дочь Машеньку.

В десятилетнем возрасте Машеньку отвезли в Полтавский институт благородных девиц. Окончив несложный курс наук в этом инкубаторе «образованных невест», мать получила место учительницы начальной школы в захолустном местечке Бориславе, где и встретилась с таким же учителем, своим будущим мужем.

Читайте также:  Краткая биография некрасов н. а.

Биография отца также не лишена интереса. В сущности говоря, его происхождение и даже его подлинная фамилия остались нерешенной загадкой. В 1865 году в санях на почтовом тракте Херсон — Николаев были обнаружены трупы мужчины и женщины.

Совет

По вывернутым сундукам я мешкам, по вырванным с мясом карманам было ясно, что поработали грабители. Никаких документов не оказалось, но в тех же санях под овчинным тулупом обнаружили троих полузамерзших ребят в возрасте от трех до шести лет.

Детей привезли в Херсон, и там их разобрали по рукам добрые люди. Моего отца Андрея с сестрой взял чиновник херсонской таможни Сергеев. Дядю Владимира сперва приютил пекарь-турок Дуван-оглы, и дядя даже некоторое время носил турецкую фамилию, пока Сергеев не взял и его к себе.

Приемный отец оказался хорошим, сердечным человеком и, несмотря на то что сам с трудом сводил концы с концами, довел старшего из приемышей, моего отца, до учительского института. На остальных не хватило средств, да и помешала смерть.

Дядя Владимир еще в мальчишеском возрасте встал к станку в кустарной чугунолитейной мастерской Гуревича, сестру же удалось на возрасте выдать за помощника управляющего имением «великого князя» Михаила Николаевича — Литвиненко.

Источник: https://www.rulit.me/books/sobranie-sochinenij-t-1-povesti-i-rasskazy-read-392593-8.html

Неизвестный Борис Лавренев

В те времена, когда общественной смерти предавались такие фигуры, как Анна Ахматова, Марина Цветаева, Борис Пастернак, Осип Мандельштам и многие другие, существовали писатели, чьи произведения печатали в журналах, газетах, сборниках.

Кто были эти люди, чье творчество шло в ногу с красным террором? Какая у них была биография, чем они жили, как им удавалось заручиться доверием у кровавой власти, беспощадно рубившей головы направо и налево.

Ответы на эти вопросы может дать жизнь и творчество Бориса Лавренева — поэта, иллюстратора и прозаика Октябрьской революции. 

Борис Андреевич Лавренев (в миру просто Сергеев) родился 17 июля 1891 года в Херсоне. С четырнадцати лет его мучила жажда писательства и его первые пробы были опубликованы в местных журналах уже в 1910 году.

Повинуясь родительской воле, юный писатель окончил в 24 года юридический факультет Московского университета, но сбежал от нелюбимого дела на войну: сначала на Первую мировую, затем на Гражданскую. Это означает, что он был среди тех миллионов отступников, кто негласно выступил за убийство царской семьи и сметание с пьедестала всех идолов и святынь русской земли.

В многочисленных автобиографиях и подробных жизнеописаниях внешней стороны своего пути Борис Лавренев воздерживается от оценки и психологического объяснения своего поступка. Он просто становится красным командиром не менее Красной армии. Новоиспеченный красноармеец ожесточенно громил и выкашивал строи того русского народа, который так любил и понимал.

История сохранила героический эпизод из военной жизни Бориса Лавренева, когда у разъезда Карапыши, будучи раненым пулей в ногу, он перестрелял большую часть казачьего войска и заставил его обратиться в бегство. 

Обратите внимание

Он соглашается писать пьесу для Большого драматического театра им. Горького в Ленинграде в 1925 году, усердно выписывает дифирамбы героизму и доблести Красной Армии, по госзаказу мастерски штампует революционные пьесы и поэмы.

 Цензура лишила его человеческого облика, оставив от писателя Бориса Лавренева только собрания его гладко скроенных и идеологически безупречных сочинений, строгих биографических фактов, стенографических отчетов и документальных свидетельств.

 

Рассказы и повести Бориса Лавренева потому и были пропущены в печать, что автор блистательно обходил неудобные темы и писал так, что ни за одно написанное им слово нельзя было посадить.

Вероятно, по этой причине его жизнь и творчество кажутся несколько опресненными социально-политическими обстоятельствами времени. Ведь на его глазах сажали, ссылали и расстреливали лучших людей.

Борис Лавренев вел себя крайне осторожно, но даже в такой напряженной обстановке ему удавалось создавать произведения, завоевывающие признательность и любовь публики. 

«Сорок первый», снятый по мотивам произведения Бориса Лавренева, с высочайшего дозволения Н. С. Хрущева отправляется на зарубежные фестивали, где собирает несколько значимых премий и вызывает интерес самого Жана Кокто.

Борис Лавренев в СССР получает две Сталинские премии, ордена Трудового Красного Знамени – с одной стороны, знаки безусловного отличия, с другой – отличия весьма сомнительного, отдающего отблесками красного зарева и строя марширующих масс. 

Борис Лавренев, как неоднократный заместитель редактора, заведующий литературным отделом многих советских газет («Туркестанская правда», «Красноармейская газета», «Новый мир», «Коммунист» и т.д.), он видел, какой произвол царил в печати тех лет: ложь, пошлая клевета на невинных жертв репрессий, статьи по заказам НКВД.

Лавируя между политически безобидными темами прозы и внезапным уходом в иллюстративную деятельность, Борис Лавренев прожил революционный век настолько, чтобы суметь пережить это время настолько достойно, насколько это позволяла совесть и НКВД, чтобы своими глазами увидеть, во что превратились чаяния В.И.

Важно

Ленина, чьей речью кронштадтским морякам он вдохновился на создание нового мира еще в 1917 году. 

Борис Лавренев блестяще осветил события Первой мировой, Гражданской, Отечественной войн, оставив в культурно-исторической памяти русского народа живые свидетельства жестоких человеческих трагедий.

Но в гражданской жизни ему не было места, в той жизни, которая прикидывается мирной, а на самом деле – передовой фронт.

Всю свою жизнь он сбегал на войну как на спасение от удушающей реальности (литературной, политической, социальной) окружающей действительности. 

Автобиографии Бориса Лавренева сухи и безжизненны, очевидно прошедшие бесчеловечную гильотину советской цензуры точно также, как и его жизнь. Он с огромными усилиями с ней уживался, пока 7 января 1959 года не скончался скоропостижно в возрасте 67 лет.

Анна Иоки



Источник: http://www.dailyculture.ru/stati/bio/neizvestnyy-boris-lavrenev/

Борис Лавренев

1995 Москва. Шихино.

С о д е р ж а н и е: Произведения 1910-1925 Произведения 1925-1928 Произведения 1928-1933 Произведения 1933-1938 Произведения 1938-1958 Драматические произведения 1925-1952 Очерки, статьи, фельетоны, выступления

Автобиографии, очерки, статьи, выступления, письма

Борис Лавренев – Собрание сочинений в 6 томах

1984
Издательство: Художественная литература

С о д е р ж а н и е:
Том 1 повести и рассказы, 1916 – 1926 гг., (“Ветер”, “Сорок первый”, “Рассказ о простой вещи” и др.).
Том 2 повести и рассказы, 1927 – 1935 гг.
Том 3 повести и рассказы, 1936 – 1958 гг.

(“Разведчик Вихров”, “Подарок старшины”, “Маяк” и др.).
Том 4 романы: “Крушение республики Итль”, “Буйная жизнь”, “Синее и белое”.
Том 5 драматические произведения Б. Лавренева – пьесы “Разлом”, “За тех, кто в море”, “Голос Америки” и др.

Том 6 публицистические произведения: очерки, статьи, фельетоны, выступления

Борис Лавренев – Собрание сочинений в 6 томах

С о д е р ж а н и е:
Том 1. Автобиография. Повести и рассказы
Том 2. Повести и рассказы
Том 3. Повести и рассказы
Том 4. Романы (“Крушение республики Итль”, “Синее и белое”)
Том 5. Пьесы (“Разлом”, “Мы будем жить!”, “Голос Америки” и др.)
Том 6. Очерки, статьи, фельетоны, выступления

Борис Лавренев – Избранные произведения в 2 томах

1972
Издательство: Художественная литература. Москва

С о д е р ж а н и е:
Том 1 повести и рассказы: “Ветер”, “Рассказ о простой вещи”, “Сорок первый”, “Срочный фрахт”, “Седьмой спутник”, “Гравюра на дереве”, “Стратегическая ошибка” и “Большая Земля”. Также в сборник вошла автобиография писателя.

Том 2 романы “Крушение республики Итль” и “Синее и белое”.

Библиография

Повести
1923 — «Марина»
1924 — «Ветер»
1924 — «Звёздный цвет»
1924 — Сорок первый
1924 — «Рассказ о простой вещи»
1925 — «Крушение республики Итль»
1927 — «Седьмой спутник»
1928 — «Гравюра на дереве»

Пьесы

1925 — «Дым»
1927 — «Разлом»
1929 — «Враги»
1943 — «Песнь о черноморцах»
1945 — «За тех, кто в море»
1949 — «Голос Америки»

1953 — «Лермонтов»

Экранизации

Братишка, люби революцию! – спектакль
За тех, кто в море (Александр Файнциммер) [1947 г.] по ордноименной повести
И был вечер, и было утро… (Алексей Салтыков) [1971 г.] по пьесе “Разлом”
Комендант Пушкин (Олег Ерышев) [1986 г.] Марина (Борис Ивченко) [1974 г.

] по мотивам ранних рассказов “Гала Петер” и “Марина”
Разлом (Павел Боголюбов, Юрий Музыкант) [1952 г.] Рассказ о простой вещи(Леонид Менакер) [1975] Седьмой спутник (Алексей Герман) [1967] Сорок первый (Яков Протазанов) [1926 ] Сорок первый (Григорий Чухрай) [1956] Сорок первый.

Opus Posth (Виктор Рыжаков, Александр Смирнов) [2008 г.] Московский художественный театр им. А.П. Чехова по одноименной повести
Срочный фрахт (Арменак Назикян) [2003 г.] по рассказу
Ярость (Николай Ильинский) [1966]

“Простая вещь” (1958,Т.

Мелиава) по мотивам “Рассказа о простой вещи”

Источник: http://bookinistic.narod.ru/soviet/l/lavrenev.htm

Ссылка на основную публикацию